May 9th, 2014

В Мариуполе прямо сейчас идет война - киевская хунта убивает народ.

Хер вам, а не Едина Україна!
Уже милицию собственную стреляют.
Ничего, скорее остальная за народ перейдет.
Найдем всех, собаки, и пидара Ляшко и суку Юльку, и остальную мерзоту.
А киевляне - позорники - поддержали зимой эту падаль, привели к власти.
Иллюстрация:
http://www.youtube.com/watch?v=aTEuyOg7PGw
Это один из многих роликов.
Спасибо Киеву от Мариуполя и Славянска!
*

Приключения бравого киевского гомосека в Донбассе.

Часть первая.
Киевские каратели расстреливают безоружных жителей Мариуполя. Бандеровские "чёрные человечки" дорвались до крови беззащитных людей.
Из громкоговорителя доносится периодически голос Ляшко: "Русский Ванюшка сдавайся! Кто сдасться - тому лёгкая смерть. Кто не сдасться - тяжёлая". Пидар играет в войнушку. Ему весело.

Мирные жители хором поют: "Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой С фашистской силой тёмною, С проклятою ордой..."

Милиция ведёт себя героически. Мужики заперлись в УВД, отстреливаются, чем могут, от киевских БТР.



Часть вторая.

В Мариуполе в основном находится карательный батальон "Днепр", созданный Коломойским.
Насчёт "издевательств над телом" - это буйные сексуальные фантазии извращенца Ляшко.

Эпилог:
редакция вынуждена сообщит, что он пока еще не дописан - его пишет сама жизнь.
*
использована выборка материалов
da_dzi

Теория не лишняя вещь для понимания происходящего. Киевлянам можно не читать - не поймете.



О природе фашизма. Философия и социальная антропология. Очень важный текст.






holmogor


Очень важный для меня антропологический текст о природе фашизма. По хорошему он должен читаться вместе с эссе о "Слезинке ребенка" http://100knig.com/egor-xolmogorov-slezinka-rebenka-ili-pritcha-o-vannoj/ - как её продолжение.

Вообще для меня было большим открытием, что к сорока годам моя философия неожиданно выкристаллизовалась как консервативный христианский гуманизм.

***

Между двумя гранями спартанского опыта - идеальный воин и идеальный господин-рабовладелец - большинство европейских народов выбрало первую. Фашизм выбрал вторую. Он привлекал и привлекает молодых людей героической риторикой, обещанием воспитать бескомпромиссность и силу духа, выработать из слабого слишком человека подлинного сверхчеловека.

Однако высшим актом самореализации этого сверхчеловечества оказывается убийство беззащитного, безоружного и слабого, сопровождаемое истязаниями и издевательствами. Такое убийство ставится фашистом гораздо выше, чем убийство врага в честном бою.

Победитель доказывает только то, что он - хороший воин. Каратель утверждает себя как господин.

Именно эта антропология и философия жизни фашизма оттолкнули от него большинство здравомыслящих людей Европы и мира в годы Второй Мировой - ни национализм, ни империализм, ни милитаризм, ни сам по себе антисемитизм Гитлера не имели бы такого эффекта, не подняли бы такой волны отвращения и гнева, как садистская самоупоенность нацистских карателей.


Именно ответ на вопрос, кто такой человек - существо страдающее и борющееся или же мучащее и подавляющее - разделил фашизм и антифашизм поверх идеологических барьеров.

Сегодня на Украине мы видим возрождение фашизма в его антропологическом ядре. Мы видим субтильных юношей и девушек, ощутивших свой сверхчеловеческий статус, вдыхая запах сожженной плоти замученных ими в Одессе людей.

Мы читаем их признания в гордости от содеянного. Мы слышим "Слава героям!", в котором четко проговаривается: "Слава безжалостным убийцам!". Мы слышим лжепремьера Украины, восславляющего карателей под Славянском сравнением с "героями УПА".

Мы наблюдаем за классической фашистской манипуляцией - человека превращают в "колорада", жука, а жука несложно и раздавить - дегуманизация оппонента - классический фашистский прием.

Наши кулаки сжимаются и мы говорим: "Никогда больше!". Никогда больше "сверхчеловек" не будет мучить человека. Никогда "герой" не будет наслаждаться мучениями жертвы. В нашей собственной суровости нет ни жестокости, ни стремления к чужим мучениям.

Просто "герой" должен умереть, чтобы он перестал убивать других людей. Навсегда.